Супруги, как выяснилось, не живут вместе уже почти год. Что именно разрушило семью, Лариса не раскрывает, и публике остаётся только гадать. Зато о собственных чувствах 48-летняя телеведущая рассказала предельно прямо.
«Моя подруга сказала, что развод — это тоже смерть. Я понимаю, о чем она. Заканчивается жизнь, которая длилась 30 лет. Со всеми надеждами, привычками, представлениями о том, как мы будем жить дальше. И даже когда все давно понятно и решение ожидаемо, эту потерю все равно приходится переживать.
Можно понимать, почему все закончилось, и все равно плакать. Можно не хотеть возвращаться и при этом горевать о том, что не получилось. Одно другому не мешает. Я не хочу разбирать здесь, кто прав, кто виноват. Сегодня мне хотелось просто сказать, что со мной происходит. Без красивого вывода и обещания завтра проснуться другим человеком», — поделилась Суркова.
Новость о разводе вызвала волну сочувствия, но не обошлось и без жёстких реплик. Часть пользователей задалась вопросом, зачем было заводить такую большую семью, если всё закончилось расставанием. Для Сурковой такие рассуждения оказались неожиданным ударом, и она решила ответить отдельно, прежде чем закрыть тему личной жизни. Заодно ведущая призналась, что инициатором разрыва стала она сама.
«Хочу закрыть тему моей личной жизни, но сначала сказать об одном моменте. Многие мне пишут — зачем надо было столько детей рожать, если потом развод?
И меня, если честно, такие мысли пугают. Если так рассуждать, то вообще ничего не надо: не надо любить, вдруг потом будет больно, не надо покупать дом, вдруг придется продавать. Да и радоваться особо нечему, ведь завтра может случиться что-то плохое», — ответила Лариса.
Большинство комментаторов встали на сторону ведущей. Люди пишут, что ценят её открытость и не готовы осуждать за честность. Многие признаются, что годами следили за её семьёй и теперь переживают вместе с ней.
Сама Суркова, судя по всему, ни о чём не жалеет. Она уверена, что люди имеют право быть счастливыми друг с другом, и этой позиции придерживается даже теперь, когда её собственная история закончилась.
